Параметры решения курдской проблемы в Турции: демократизация Турции или ее федерализация?
Вадим Макаренко

Кровавая провокация в Париже не остановила переговоры между Абдуллой Оджаланом и правительством Турции.
Это означает, что им нет альтернативы.
В Имрали идет процесс, последствия которого для Турции и всего Ближнего Востока могут быть, крайне важными.
Если Турции удастся решить курдский вопрос внутри своей страны, то многое переменится, как минимум, и в Ираке, и в Сирии.
А как максимум изменится вся геополитическая компоновка Ближнего Востока.
Но чтобы понять происходящее, надо ответить на вопрос: на каких условиях возможен мир в турко-курдских отношениях на востоке Турции? Каковы предложения Анкары? Эрдогана не устраивает формула перемирия, которое предлагала неоднократно РПК, более того, она вводила односторонние моратории на боевые действия. Не устраивало, потому что это означало бы создание на востоке Турции курдского де факто независимого анклава. И сегодня турецкая авиация и спецчасти настойчиво зачищают этот район от бойцов РПК, а значит: Эрдоган не собирается признавать нынешний чрезвычайный статус кво.
Тем не менее, скоро вырастет поколение курдов, которое фактически живет в хотя и непризнанном, но в почти исключительно курдском регионе. Нельзя отрицать, что, так или иначе восток Турции все сильнее окрашивается в курдский цвет. Видимо, это заставляет правительство действовать. Что тогда предлагает правительство? О чем идут переговоры? Эрдоган предлагает РПК капитулировать и разоружиться? Формально представители правительства заявляют, что цель переговоров – добиться того, чтобы РПК сложила оружие. Но что оно предлагает взамен? Отказ от преследования бывших членов РПК (всеобщая амнистия для членов и бойцов РПК, десятки тысяч которых сидят в тюрьмах?), которые смогут дальше жить как частные лица в Турции (будут ли политические ограничения, своеобразное поражение в правах?) или уехать за ее пределы? Пока этого нет. Пока нет речи и о домашнем аресте для Оджалана. Тогда на какой базе идут переговоры: стороны исходят из того, что вооруженное восстание потерпело поражение, или они считают, что восставшие добились своего?
Вряд ли Абдулла Оджалан примет формулу поражения РПК. Иными словами, Абдулле Оджалану предлагают признать бесперспективность пути вооруженной борьбы и распустить РПК, потеряв весь кадровый состав, или же структурам РПК предлагают какую-то форму легализации в качестве законной политической партии в Турции при их отказе от вооруженной борьбы? А это для Турции – больше, чем революция. Способна ли Турция на демократическую революцию сверху?
Безусловно, переговоры с лидером партии, который почти 14 лет находится в жесткой изоляции, отбывая пожизненный срок в тюрьме Имрали, сами по себе непросты. Абдулла Оджалан пользуется огромным авторитетом среди курдов, по его слову десятки тысяч человек готовы пойти на смерть, но за 14 лет после его ареста партия прошла непростой путь развития, она живет своей жизнью, это – сложный организм. С 1978 года сложились довольно мощные руководящие структуры РПК. Их сложно назвать бюрократией, но они реально обладают большой властью в партии, которую сейчас им предлагают, по сути, распустить. Должны быть сильные стимулы. Может ли это решение принять Абдулла Оджалан, или он должен убедить соратников, которые уже привыкли действовать самостоятельно? Оджалан, в любом случае, должен продемонстрировать на первых этапах процесса, что пользуется поддержкой партии.
Возможно, в Турции путь вооруженной борьбы уже не дает желаемых результатов, и не потому что вооруженные силы Турции купируют вооруженную угрозу, а потому что, прекратив вооруженную борьбу, можно большего добиться мирными средствами. Де факто курдские политические партии, о существование которых не могло идти и речи, когда РПК начинала свою борьбу, уже сложились и окрепли. Сегодня вооруженная борьба РПК даже мешает им расширять свое политическое влияние. Но и в этом случае прекращение вооруженной борьбы не может быть односторонним. Нужны существенные изменения законодательства Турции. Обсуждается ли вопрос в том, какие конкретно законодательные акты, которые бы создали новое положение для курдских организаций, должны быть приняты в ответ на прекращение вооруженной борьбы и роспуск РПК? Какие конституционные препятствия для этого должна устранить партия Эрдогана? Может ли она это сделать? Или это долгий процесс, требующий согласованной дорожной карты для достижения отдаленных целей? Несомненно, это многоступенчатый, постепенный процесс. Если переговоры с Оджаланом предусматривают достижение компромисса, а вряд ли дело обстоит иначе, то основные сложности на стороне правительства. Вопрос в том, что Эрдоган, сам связанный многочисленными ограничениями, может предложить курдам? – ведь практически за любой шаг навстречу курдам, он может оказаться под судебным преследованием: таковы пока турецкие законы. Трудно даже предположить, что он сможет реально сделать, поэтому Эрдогану пока приходится делать странные заявления: клясться в любви к курдским братьям, но отрицать, не допускать даже возможность существования курдизма, т.е. курдской национальной идеологии. Но она родилась, и вряд ли от нее можно избавиться. В этом смысле Абдулла Оджалан и тысячи членов РПК уже сделали свое дело.
В отличие от премьер-министра Турции Оджалан, тем более отбывающий пожизненный срок в тюрьме, менее связан, он может принять любое решение. РПК уже неоднократно объявляла об одностороннем перемирии. Она может заявить и о сложении оружия, если это не будет связано со сдачей властям ее членов, а об этом речь не идет. РПК может отозвать своих бойцов с территории Турции. Конечно, РПК может сложить оружие, но может, если правительство Турции не выполнит свои обещания, вновь поставить тысячи под ружье. Дело не в РПК, а том, что дальше сделает Эрдоган? Что он может сделать? Какой ответный ход он может пообещать, чтобы РПК пошла на столь радикальный шаг? Было бы самонадеянно и безответственно вступать в переговоры, не имея плана решения курдской проблемы. Если Эрдоган не имеет плана, то переговоры бесперспективны. Но даже если он у него есть, Эрдоган осознанно взялся за гуж, который трудно вытянуть.
Речь идет о дорожной карте, и турецкий премьер, мечтающий стать президентом, рассчитывает на первые шаги, которые позволили бы столкнуть проблему с места. Начало – прекращение военной активности РПК. Затем последует следующий шаг. Эрдоган, в том числе, рассчитывает, что президентский пост с новыми полномочия даст ему больше возможностей для решения курдской проблемы. Время предстоящих выборов поджимает Эрдогана. Первые совместные шаги по этой дороге, если Эрдоган, рассчитывает на курдскую поддержку на выборах, должны быть сделаны в первой половине 2013 года. Результаты местных выборов сильно повлияют и на переговоры.
Особенность курдской ситуации в том, что страны, где проживают курды, живут в разном историко-политическом времени. В Ираке курды имеют свою сильную автономию, включая вооруженные формирования, курдская автономия получила значительное международное признание, сам Ирак после свержения режима Саддама Хусейна в ходе международной военной операции ищет пути развития, но остается на грани распада на этнические и конфессиональные провинции. В Иране курды находятся под жесточайшим военно-полицейским давлением, и без существенных изменений в политическом устройстве Ирана дело затянется еще надолго. В Турции почти четверть века вооруженной борьбы начинает приносить результаты. Курды в Турции находятся на подъеме, но реальные уступки еще только начались. Сирия переживает острейший кризис, компактно населяющие ее северо-восточные районы курды готовы к созданию собственной автономии.
Разные этапы решения курдского вопроса обусловливают то, что курдский двигатель работает как четырехтактный. Продвижение курдского вопроса в любой стране ведет к тому, что потенциально курдский вопрос во всех странах выходит на новый уровень. Уже сейчас на все движение влияют результаты, достигнутые курдами в Ираке. Это уже повлияло на Турцию. А если, например, курды добьются успеха в Сирии, то решать курдскую проблему и в Турции придется уже на новом уровне, с самого начала признавая больше прав за курдами. Динамика на стороне курдов, но они, в свою очередь, не должны делать ни одной односторонней уступки и должны продолжать наращивать свой политический потенциал, продолжать оказывать давление на своих политических противников во всех странах.
Именно внешние успехи курдов, как ни странно, являются козырями в руках Эрдогана, с ними у него есть шанс убедить и своих коллег, и более консервативные круги Турции, что надо попытаться успеть решить курдскую проблему в Турции до того момента, когда уже одной демократизации страны будет мало, а неизбежностью станет ее федерализация, а то и раскол. Пока шансы есть, но ставки и курдской стороны растут.[1]